Хвост –вот мои документы!

Факторы, обусловливающие длину и форму хвоста кошек

У обычных длиннохвостых пород кошек длина хвоста разнообразна и индивидуальна, она может варьировать от 20-23 см до 40 см от крестца до самого кончика. Число позвонков так же различно: их от 20 до 27, в пределах одной породы имеются общие тенденции: у персов хвосты покороче, у мэйнкунов и ориенталов значительной длины. В хвосте различаются следующие части, между которыми нет чётких границ: корень хвоста, стебель, или собственно хвост, и кончик хвоста.

Корень хвоста из 4-6 позвонков начинается от крестца, состоящего из сросшихся неразделимых и уплощённых тел позвонков, которые вместе с примыкающими тазовыми костями создают костное кольцо для прикрепления конечностей. Прилегающие к крестцу позвонки так же короткие, широкие и уплощенные, но уже пятый-шестой стремятся приобрести цилиндрическую форму, теряя едва заметные остатки остистых и поперечных отростков.

Средняя часть хвоста, или стебель, состоит из 10-15 позвонков, которые имеют удлиняющиеся цилиндрические гладкие тела с заметными межпозвонковыми хрящами и незначительным утолщением к суставным поверхностям, что придаёт им вид старинных катушек для ниток. Суставные щели между ними выполнены желеобразной субстанцией, которая обусловливает подвижность позвонков вокруг длинной оси хвоста. Это определяет достаточную подвижность хвоста в целом.

При нарушении минерального обмена, сопровождающегося нехваткой кальция или его повышенным выведением, тела позвонков имеют недостаточный минеральный компонент, выглядят утончёнными, в то время как органический хрящевой матрикс суставных частей разрастается, и хвост приобретает вид чёток или бус. Если хрящевая часть суставов уплотняется и желеобразная субстанция – смазка теряет свои качества, при движении хвоста появляется звук «разлипания» или щёлканья, что может служить симптомом недостаточности хондроксидной системы организма в целом. Это иногда выявляется при выставочной экспертизе у кошек породы скоттиш-фолд. Дальнейшее «усыхание» хрящевых межпозвонковых частей ведёт к появлению жёсткого негнущегося хвоста и снижению выставочных оценок.

В конечной части хвоста тела позвонков постепенно укорачиваются и утончаются. Хвост заканчивается последним, самым маленьким и тонким, рудиментарным или недоразвитым, часто асимметричным или острым, концевым позвонком. Его концевая часть, лишённая сдерживающего межпозвонкового диска, приобретает свободную форму в виде гвоздика или чуть изогнутого шила. Казалось бы, какие к нему, недоразвитому, могут быть претензии со стороны экспертов. Но именно последний позвонок, который по сути бывает асимметричным, становится «камнем преткновения» при получении экстерьерной оценки у судей.

Хвосты диких и домашних хвостатых и бесхвостых кошек

Хвосты у представителей разных видов семейства кошачьих имеют разную длину, причём должное число позвонков в них в научной литературе не устанавливается. Измерения делают относительно длины тела или выражают в сантиметрах. При выставочной экспертизе длина хвоста так же определяется относительно, и только отдельные естествоиспытатели вычисляют удельные величины и измеряют хвост в сантиметрах.

У некоторых пород хвост не должен быть длинным и тонким, что свидетельствовало бы об облегчённом типе конституции. Длина хвоста у таких животных определяется в положении свободной стойки по касанию покрытия, на котором кошка осматривается, - до стола, или сравнивается с длиной тела, когда длина хвоста должна доходить до середины тела или до начала грудной клетки, то есть до рёберной дуги. Стандартная средняя длина хвоста должна доходить до лопатки, а длинный хлёсткий хвост должен заканчиваться на холке или несколько выше. У некоторых видов кошек хвосты превышают длину тела или соразмерны с ней.

Относительно небольшая группа диких видов, которых можно отнести к рысям, имеют укороченные прямые хвосты: европейская и американская рыси, каракал, сервал, хаус и оцелот. У рысей прямые и подвижные хвосты, которые в опущенном состоянии едва прикрывают промежность. У остальных они доходят до скакательного сустава или чуть выше. Изменение длины и постава хвоста у домашних животных, приобретённое в процессе одомашнивания, в некоторых случаях становится породообразующим признаком.

В быту бесхвостыми называют кошек и с небольшим остатком хвоста, и при полном его отсутствии. На самом деле остаток хвоста и его отсутствие - различные признаки, обусловленные совершенно разными генами

Генетика и рентгенологические признаки аномалий строения хвоста

Укорочение хвоста – куцехвостость встречается у некоторых пород собак – французских бульдогов, староанглийской овчарки (английского бобтейля). Bob (англ.) – обрезок шерсти, помазок, гирька для часов: всё это предполагает некое короткое округлое небольшое образование, оставшееся от tail (англ.) - хвоста. Этим названием - бобтейль - стали определять все породы кошек, имеющих укороченные с изломами или зигзагами хвосты. Хвост бобтейля может иметь любую форму, подвижность или фиксированность. Главное, что он должен состоять из любого числа позвонков от 5 и более, часть которых должна быть деформирована, а общая длина конгломерата не должна превышать 13 см. Весь боб должен быть хорошо опушен, создавая впечатление помазка, помпона или хризантемы. Если выведут бесшерстных бобтейлей, их боб, вероятно, должен быть похожим на клубок змей или крендель. Вероятно, не стоит рекомендовать подобную селекцию.

Особенности бобов описываются в стандартах. Почти прямые остатки хвостов с небольшим концевым крючком или «заусеницей» требуются пикси-бобам и карельским бобтейлям.

Встречается [9] остаток хвоста, начало которого выглядит нормальным, и только через 6-8 обычных позвонков появляется более или менее закрученный боб. Такой эффект дисквалифицированного бобтейля считается недостатком.

Полное отсутствие хвоста, свойственное английским кошкам с острова Мэн, или мэнксам, встречается как нежелательная мутация в различных популяциях бобтейлей. Разведение полностью бесхвостых кошек ограничивается только двумя породами: Мэнкс и Кимрик. Кимрик - это полудлинношерстная варианта первых. Во всех остальных породах бесхвостые животные не получают допуска к разведению. Причина этого кроется в генетике мэнксовости.

Мэнксовость в крайнем проявлении - это полное отсутствие хвоста или сохранение его несущественного остатка. Такое генетическое повреждение всего позвоночного столба до полного его исчезновения происходит под действием гена М и вследствие резорбции эмбрионов. Этот летальный эффект появляется только у гомозигот – ММ. У всех остальных пород кошек имеется рецессивный ген m, под действием которого вырастают нормальные длинные хвосты [11, 23]. Различают 4 типа мэнксовости: полное отсутствие хвостовых позвонков (рампи); 1-4 хвостовых, обычно сросшихся между собой, позвонков (рампи райзер); 5-14 сросшихся в натяжении или бугристых позвонков (штампи); короткий, но нормально сформированный хвост (лонги).

Все варианты родившихся мэнксов - рампи, рампи райзер и штампи – гетерозиготны по гену Mm. Лонги - длиннохвостые котята, родившиеся от двух мэнксов, гомозиготны по нормальному гену mm, но под действием сопутствующих данной ареальной популяции группы полигенов имеют более короткие хвосты за счёт более коротких тел хвостовых позвонков.

Так что есть «нормальное» число хвостовых позвонков и с какого показателя хвост считать «укороченным»?


Многообразие дефектных вариантов в строении хвостовых позвонков (только у бобтейлей) заставляет предполагать аллельную серию или несколько равноценных полигенных групп, ответственных за появление такой анатомической формы как хвост бобтейля. Их всех определяют символом К от слов kink (крючок, петля, англ.) или knot (узел, англ.). Эпистатичность аллелей не установлена. Остаток хвоста может состоять из 3-4 деформированных позвонков или иметь почти полный комплект из 16-22 позвонков, частично или полностью деформированных и свёрнутых в бесформенный конгломерат.

Известны случаи взаимного уничтожения эффекта куцехвостости в помётах производителей из разных островных популяций Курильской гряды с рождением всех котят длиннохвостыми. Вместе с тем известны случаи взаимного усиления эффекта до появления в помёте от двух полноценных бобтейлей совершенно бесхвостых котят при нормальном числе котят в помёте (4-6). Приходилось наблюдать [9] потомков от вывозных с Итурупа производителей с полностью отсутствующими хвостами, внешне выглядевших как мэнксы рампи и рампи райзер и имеющих проблемы с функциями тазовых органов (недержание кала, диспепсии, выпадение слизистой прямой кишки). Сходные проблемы наблюдались и у ленинградской популяции карельских бобтейлей, сопровождавшие укорочение остатка хвоста до 3-4 позвонков или полное его отсутствие [9]. Опасность малых аномалий в строении хвостового стебля

Любые деформации хвостовых позвонков, определяемые визуально или пальпаторно при осмотре и ощупывании, должны адекватно оцениваться экспертом.

S.Jansen-Nцllenberg [21, 22] отмечает, что в пороках хвоста, которые причисляют к отклонениям в строении скелета, могут играть роль до 20 наследственных факторов. В связи с этим пороки хвоста имеют различные формы. Могут проявляться не только отсутствие хвоста и его укорочение, но и различные формы изломов, крючков и изгибов, слишком маленькие или слишком большие позвонки, отклонения в форме позвонков, пороки межпозвонковых суставов.

Наследственные факторы, которые отвечают за эти проявления, не ограничивают своё воздействие только на позвонки хвоста, а влияют также и на развитие всего скелета. Иногда это касается только позвоночного столба и черепа, а иногда и конечностей, включая пальцы. Известны случаи, когда отклонения в строении скелета ассоциированы с пороками различных органов. На рисунках 2, 3, 4 представлены рентгенограммы позвоночника со сколиотическим и кифотическим искривлением его и spina bifida, при такой патологии деформации хвоста будут ожидаемыми.

S.Jansen-Nllenberg [21, 22] приводит следующие отклонения в строении скелета, связанные с пороками хвоста:

Искривление шеи, грудины, крестца;

Расщепление позвоночных дужек;

Отсутствие или расщепление твёрдого нёба – волчья пасть;

Отклонения в строении грудной клетки.

Сочетанные пороки развития сердца и почек и отклонения в строении гениталий так же могут сопутствовать порокам хвоста.

У рождённых жизнеспособными котят все эти отклонения могут не проявляться одновременно, и в большинстве случаев мы поначалу совершенно не замечаем скрытые аномалии и упомянутые выше отклонения. В этих случаях их скрывают «нормальные» гены, или наличествующие отклонения настолько малы, что остаются незамеченными. Если мы замечаем у кошки излом хвоста (рис. 5), который в большинстве случаев определяется сразу после рождения, он скорее всего имеет наследственную основу. Тип этого излома по внешнему виду может быть неопределимым. Имеющееся отклонение в строении скелета, которое не мешает самой кошке, передастся её потомкам, которые обязательно будут иметь проблемы, если такая кошка будет участвовать в разведении.

Прежде всего поэтому эксперты на выставках обязаны внимательно контролировать хвосты кошек. Если при этом будут установлены отклонения, эксперты обязаны сообщить об этом бридеру и владельцу изломы на хвосте существуют в различных формах. Вот наиболее часто встречающиеся:

1). Заметный сразу после рождения излом хвоста, называемый также Hackenschwanz - хвост «мотыжкой»;

2). Часто определяемый позднее, не видимый, а лишь ощутимый на ощупь излом хвоста в форме маленького узелка, обычно у основания или у кончика хвоста.

Первая форма излома наследуется рецессивно, то есть двое животных, несущие ген излома хвоста (внешне это незаметно), должны соединиться друг с другом, чтобы излом проявился у их котёнка. Вероятно, эта форма наследуется полигенно. Решающим для наследования будет, сколько соответствующих полигенов несут сами спариваемые животные и сколько они передают потомству.

R.Robinson [23] отмечал, что каждый полигенетический комплекс включает плюс- и минус-полигены, и это не должно быть пропущено. Каждое добросовестное разведение будет иметь целью накопление одного или другого вида полигенов, чтобы таким образом приблизиться к идеалу. В случае обнаружения дефектов должно происходить сокращение соответствующих полигенов с помощью селекции.

Научных экспериментов по этому поводу до сих пор не проводилось, но из наблюдений ветеринарных врачей и заводчиков известно, что если животное-носитель излома хвоста, у которого внешне он никак не проявляется, спаривается с животным-неносителем, то есть генетически здоровым животным, то потомки будут внешне нормальны (здоровы). Но есть 50% вероятности, что рецессивный ген или определённые полигены аномалий хвоста будут переданы потомству в генотипе. Эти котята потом, в зависимости от того, с кем они будут спарены, могут принести здоровое или менее здоровое потомство в отношении позвоночного столба или хвоста. Это означает, что дефектный ген передаётся через многие поколения до тех пор, пока спариваемое животное не «столкнется» с животным, которое в своем генотипе имеет тот же генетический дефект (в нашем случае излом хвоста), и только тогда излом снова проявится внешне. Невероятным является тот факт, что животное-носитель излома хвоста передаст всем своим потомкам ген этого дефекта, или, если мы исходим из полигенного наследования, все эти гены; так же как эти гены кошка, которая является носителем гена-разбавителя (тоже рецессивного), передаст его не всем своим детям. Если есть какие-либо сомнения, возможно произвести проверочные спаривания. Вторая форма изломов хвоста может быть или рецессивной, или полигенной. По этому поводу нет свидетельств из научных экспериментов, речь идёт лишь о тезисе, основанном на наблюдениях. Предположительно ощутимый «узелок» кошки образуется, когда каждое из спариваемых друг и другом животных передало определённое количество этих полигенов котёнку.

R.Robinson [23] отмечал, что укорочение хвоста встречается редко. Но хвост часто бывает изломан или при ощупывании можно ощутить узелок. Если проявление этого порока незначительно, это означает следующее:

1). Сокращение порока может быть нерегулярным и более точное определение повреждения сложно или практически невозможно;

2) Удаление дефекта предотвращается простым средством отбора соответствующих животных (элименацией).

Далее R.Robinson [23] писал, что главным фактором распространения аномалии является отсутствие селекции. Состав племенного поголовья мал, а спрос на котят велик (то есть заводчик имеет малое количество кошек или разводит редкую породу, например, Норвежских лесных кошек). Поэтому велико искушение включать в разведение каждое животное, в том числе и такое, которое в нормальном случае не должно использоваться для разведения. Таким образом неполноценные животные могут передать свои пороки далее, даже при наличии хорошего племенного кота. Практика продажи неполноценных котят людям, которые обещают не заниматься разведением с этими животными, не является хорошим решением для будущего. Известно достаточно примеров, когда красивое и часто используемое животное с родословной становится известным в качестве носителя рецессивной аномалии и распространяет её на всю породу.

Таким образом, появление деформированного хвостового позвонка в любом месте в виде клиновидного, сегментированного, сросшегося или гипертрофированного фрагмента должно считаться основанием для дисквалификации животного. Рентгенологическое изучение патологии желательно, в то же время нельзя требовать от эксперта на основании визуального исследования профессионального заключения о характере дефекта. Это вопрос к ветеринарным специалистам и генетикам. Правило осмотра следующее: если хвост не может быть приведен в линейное состояние без усилия и насилия, а также если деформация носит постоянный характер, её носитель подлежит дисквалификации.

Появление дефектного состояния позвоночника может быть связано не только с истинными генетическими причинами, но и внешними повреждающими факторами, действующими на ранней стадии развития. Перечислим наиболее распространённые малые аномалии хвостового отдела позвоночника, которые чаще всего отмечают и ветеринары, и эксперты, и хозяева животных.

1. Хвост в привычном нестандартном положении. Чаще такое состояние хвоста приходится видеть в спокойном домашнем состоянии животного. На выставке увидеть кошачий хвост, закинутый на спину «баранкой», как у лайки, довольно трудно. Такой случай мы наблюдали, причём в состоянии эмоционального возбуждения хвост у кошки стал обычным. Сфинксы очень любят свернуть хвост спиралью и прижать его к тёплому боку или, сидя «копилкой», обернуть вокруг лапок и спрятать кончик внутрь. Такой хвост легко распрямляется, занимает стандартное физиологическое положение, при котором не определяется никаких деформаций. Таким образом, данная деформация является не анатомической, а физиологической, что даёт возможность эксперту не снижать выставочных оценок и титулов.

2. «Нервный» хвост. В возбуждённом состоянии («выставочный стресс») кончиковая часть хвоста оказывается жёстко напряженной и немного согнутой. В спокойном или отвлеченном состоянии к хвосту возвращается нормальная гибкость, он полностью распрямляется. Нет никаких костных узлов и иных фиксированных деформаций. Выставочная оценка не снижается.

3. Асимметрия последнего, рудиментарного позвонка - как в виде гвоздика, так и в виде кривого шила не даёт снижений выставочных оценок. У льва, кстати, кончик хвоста покрывается ороговевшей кожей, превращаясь в хвостовой коготь, способный при ударе нанести серьёзные повреждения.

4. Короткий, тупо заканчивающийся хвост без характерных редуцированных концевых позвонков вызывает обоснованное подозрение на косметическое исправление каких-либо дефектов. Сейчас ветеринарными специалистами стали практиковаться косметические операции по исправлению дефектов хвоста, крипторхизма, грыжевых отверстий и других аномалий. Грамотно проведенные, они не оставляют рубцов: на кошках многие операции проходят бесследно. При отсутствии послеоперационного рубца снижение оценки возможно только за укороченный хвост. Ветеринарные документы, подтверждающие отсутствие оперативных вмешательств, во внимание не принимаются. я эмбриона, о чём мы сообщаем в следующем разделе. 5. Хвост с «мешочком». Избыток кожи на конце хвоста, так называемый «мешочек», не имеет отношения к костным деформациям, однако вызывает подозрения на удаление дефектного позвонка без должной коррекции кожного остатка. В то же время он может возникать сам по себе. Ветеринарная косметология, возможно, и соответствует веянию времени, но недобросовестность определённой части заводчиков, использующих «подправленных» животных в разведении, не позволяет принимать её успехи на вооружение и рекомендовать косметические операции на хвосте владельцам животных с малыми деформациями концевых хвостовых позвонков, какой бы положительный косметический эффект этим не достигался.
6. Жёсткий хвост скоттиш-фолдов. Ген кошачьей вислоухости вовсе не соответствует таковому у собак. У кошек он не только делает мягким и маленьким ушной хрящик, но и влияет на костную и хрящевую ткань. В гомозиготном состоянии этот ген приводит к нарушению формирования костной системы, появлению распущенной «квадратной» пясти, к остеохондрозу и жесткому позвоночнику. Фолдов поэтому разводят только в гетерозиготном виде, используя в партнёрах кошек с прямостоячими ушами - страйтов, но только из фолдового разведения. Казалось бы, чем же плохи в качестве страйтов британские кошки? Однако наблюдения заводчиков этой породы подтверждают, что если от спаривания фолда с британским кошками и рождаются отличные британцы-страйты, выигрывающие ринги среди чистопородных британцев, то фолды от такого спаривания получаются слабые, с полустоячими ушами, не только выходящими за контур головы, но и возвышающиеся над ней, как у колли. В то же время истинные страйты не участвуют в чемпионатах, но весьма ценятся у специалистов. Без хороших страйтов не получить отличных фолдов. В этом случае, при правильном зоотехническом и генетическом подходе к разведению скоттиш-фолдов, жёсткий хвост фолдов их «слабое звено». Если при экспертизе выявляется плохо гнущийся и щёлкающий при изгибе хвост, это служит основанием для снижения оценки.

7. Угловая деформация оси хвостового стебля, (от предпоследнего позвонка), выявленная и пальпаторно, и визуально, также как и узел на протяжении в любом месте хвоста, служит основанием для дисквалификации животного и как выставочного экспоната, и как племенного производителя. Наличие рентгеновского снимка, подтверждающего, что это не врождённая деформация, а костная мозоль после травмы, к сведению не принимается.

8. Привычный вывих одного из хвостовых позвонков может вызвать преходящую угловую деформацию хвоста. Подобная аномалия встречается, хотя достаточно редко. При потягивании хвоста он с лёгким щелчком «встаёт на место».

9. Позднее появление концевой деформации хвоста, которая не определялась на протяжении подросткового периода жизни и в первый взрослый год жизни животного. Этиология и патогенез этого явления до конца не изучены. Нельзя исключить внутриутробного влияния повреждающих факторов именно в плодный, а не зародышевый период развития этого животного. Вероятно, происходит одностороннее укорочение и склерозирование связочного аппарата хвоста. Следует провести совместное биохимическое и рентгенологическое исследование таких животных. Обычно они уходят из рингов, но активно участвуют в разведении на основании имеющихся предыдущих оценок и титулов. Учитывая, что патология эта внутриутробного происхождения, но не генетическая (не наследственная), участие таких животных в разведении, вероятно, обосновано.

10. Полное отсутствие хвоста у бобтейля - основание для дисквалификации, как и деформация хвостовых позвонков, приводящая к появлению излома или узла.

 

ГЕНЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ДЕФЕКТОВ СТРОЕНИЯ ХВОСТОВОГО СТЕБЛЯ У МЛЕКОПИТАЮЩИХ

Шустрова И.В., канд. биол. наук

Практика судейства дефектов строения хвостовых позвонков в большинстве фелинологических организаций в течение последних двадцати лет постепенно смягчалась. Хотя первоначальная формулировка большинства стандартов «Дисквалификации подлежат любые деформации хвостовых позвонков» не изменилась, в реальности некорректное строение последнего позвонка отсуживалось со штрафом (без титула), прочие дефекты вели к дисквалификации. В последние годы некорректное строение последнего позвонка, а тои двух позвонков все чаще отсуживается без штрафа. Исключение представляют стандарты отдельных пород (например, сиамской, балийской и др.) где дисквалифицирующим пороком является лишь «видимый крючок», прочие же дефекты отсуживаются с незначительным штрафом или вообще без штрафа (на усмотрение судьи).

Судейство аномалий хвостовых позвонков и других дефектов хвоста определяет селекционную политику питомников. Наибольшую проблему как в отношении судейства, так и селекции представляют такие виды аномалий, как:

1) деформации (нарушение формы) последнего и предпоследнего позвонков,

2) небольшие деформации – как правило, истончение тела позвонка или увеличение остистых отростков – одного позвонка на протяжении всего хвоста,

3) единичное сращение двух позвонков.

Все эти варианты аномалий проявляются уже после рождения животных, причем наиболее часто в возрасте от 2 до 8 месяцев, хотя деформации последнего и предпоследнего позвонков могут возникать на протяжении всей жизни животного. Если особи с врожденными дефектами хвоста однозначно подвергаются выбраковке, то в случае позднего проявления аномалии большинство животных со слабым проявлением аномалии участвует в разведении. Основной вопрос, который интересует заводчиков, заключается в том, имеют ли данные аномалии наследственную природу, и, если да, определяются ли они тем же геном (генами), что и грубые врожденные нарушения хвоста.

Некоторые данные по частоте встречаемости и наследованию дефектов хвостовых позвонков в питомниках кошек разных пород

Ситуация с выяснением наследственной природы дефектов строения хвостовых позвонков остается сложной. Грубые врожденные деформации позвонков хвоста и поздние деформации отдельных (не последних) хвостовых позвонков наиболее распространены в сиамской, ориентальной и тайской породах. Нередко оба варианта деформаций встречаются одновременно в одном помете или в потомстве одной племенной пары. Вероятно, в данном случае мы имеем дело с разной степенью проявлениями признака одной и той же природы. Дефекты с равной частотой наблюдаются при аутбридинге и инбридинге (имеется в виду инбридинг на особей без дефектов). Вместе с тем деформации последних позвонков и случаи сращения позвонков встречаются в этих породах не чаще, чем во всех остальных породах, и не обнаруживают явной корреляции с другими дефектами хвостовых позвонков.

В других породах поздние деформации отдельных позвонков, а также их сращения наблюдаются в единичных случаях и не коррелируют с проявлением других дефектов хвоста. Деформация последнего и предпоследнего позвонка встречается относительно часто, распространена во всех породах, возможно, более часто – у донских сфинксов и шотландских страйтов. Значительно больше частота встречаемости данной аномалии зависит от географического района. Например, более 50% из 80 кошек различных пород и беспородных, представленных на выставке в г. Баку, имели деформации последних позвонков хвоста. Явной взаимосвязи между частотой появления этого дефекта в потомстве и типом скрещиваний (инбридинг, аутбридинг) не наблюдается товых позвонков, приводящие к появлению видимых крючков, узлов и заломов.

Выводы

В случае поздних аномалий хвостовых позвонков мы имеем дело не столько с аномальными аллелями структурных генов, сколько с изменением экспрессии «нормальных» аллелей или в результате внешних воздействий, или в результате мутаций в регуляторных последовательностях ДНК. Проявление таких мутаций может зависеть от эффекта положения генов. Это затрудняет отбор против нежелательных регуляторных последовательностей. Он осложняется еще и тем, что они расположены на значительном генетическом расстоянии от управляемого ими гена, сами при этом входя в состав другого структурного гена.

Отбор на совершенствование морфологических породных признаков всегда является отбором не столько на изменения в структурных генах, сколько на изменение сроков и интенсивности генной экспрессии. К примеру, отбор в восточной породе на удлинение тела и хвоста предполагает удлинение позвонков, то есть пролонгацию работы генов в эмбриогенезе. Изменения экспрессии одних генов неминуемо ведет к изменению в экспрессии других, то есть наследуется не сам по себе морфологический тип, а определенный тип обмена. При этом далеко не всегда возможна сбалансированная схема работы взаимосвязанных генов. Внешние факторы могут способствовать усиленному проявлению этого дисбаланса, причем особенное значение приобретает резкое изменение факторов среды в период роста и развития организма котенка.

В целом мягкое отношение судей к слабым степеням деформации последнего и предпоследнего хвостового позвонка, то есть отсутствие штрафа за данный недостаток, можно считать оправданным. Незначительные деформации единичного позвонка, кроме последнего и предпоследнего, должны приводить если не к дисквалификации животного, то к значительному штрафу (лишению титула) – это является указанием на наличие нежелательных мутаций в регуляторных последовательностях. В обоих случаях следует обратить внимание заводчиков на нецелесообразность использования тех производителей, в потомстве которых неоднократно отмечался данный недостаток. Его высокая частота в потомстве племенной пары обычно указывает на неудачную комбинацию регуляторных элементов геномов родителей, а в инбредных линиях - на тенденцию к накоплению регуляторных мутаций, что может привести к более тяжелым последствиям (серьезным нарушениям развития скелета) в следующем поколении.

Тел.: +7 964noskype 847 84 27  •   E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© Питомник шотландских кошек Delight Scotty. Использование материалов сайта допускается только
с разрешения владельца сайта с обязательной ссылкой на сайт.
Создание сайта - Котостудия